Чем мне грозит возбуждение дела в данном случае?

Пожизненное для врачей: на чём построено дело Сушкевич

Чем мне грозит возбуждение дела в данном случае?

В России разворачивается общественная кампания в защиту врача из Калининграда Элины Сушкевич.

Её, как и главврача местного роддома Елену Белую, подозревают в преднамеренном убийстве новорождённого, что грозит пожизненным заключением.

Особое внимание вызывает дело именно этого врача, ведь в данном случае медик выглядит жертвой несостоятельности самого следствия, чья первая версия рассыпалась под весом фактов. Так ли это, пытался разобраться News.ru.

С события, которое стало основой для возбуждения дела, минуло уже восемь месяцев. 5 ноября в 4-й роддом Калининграда поступила женщина на 23-й неделе беременности, приехавшая из Узбекистана. На следующий день она родила ребёнка весом 680 граммов.

По версии следствия, главврач роддома Елена Белая, зная, что выживаемость таких детей низка, приказала тайно умертвить ребёнка, чтобы не тратить деньги на дорогостоящие реанимационные мероприятия, считая, что в этом случае смерть младенца испортит служебные показатели учреждения. Она якобы решила изобразить, что он родился мёртвым.

Утром в роддом приехала бригада перинатального центра, они хотели забрать малыша, но главврач не отдала его. Я пришла в роддом, мне сказали, что ребёнок недоношенный.

Говорили, что мальчик жив, он под аппаратом искусственной вентиляции лёгких. Я предложила купить и привезти любые лекарства. Врач сказала, что у них всё есть.

Вечером мне сообщили, что он уже мёртв, — рассказывала СМИ сестра роженицы.

Первоначально следствие утверждало, что Белая приказала не вводить ребёнку необходимый ему дорогостоящий препарат куросурф, улучшающий газообмен в альвеолах, дав такое указание своим подчинённым. Кроме того, она дала задание сфальсифицировать документы, представив дело так, как будто ребёнок умер ещё в утробе матери. Это её действие практически не оспаривает даже защита.

Через несколько дней Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье «Превышение должностных полномочий, повлёкшее тяжкие последствия», грозящей наказанием вплоть до 10 лет тюрьмы. Елена Белая была сначала взята под стражу, затем помещена под домашний арест.

Выступая в суде по избранию меры пресечения, следователь заявил, что в деле имеются показания некоей акушерки, которая на допросе рассказала, что Белая угрожала ей увольнением, если та не подделает документы.

По словам следователя, главврач якобы систематически оказывала давление на сотрудников, требуя не рассказывать о произошедшем. Ходатайства с просьбой оградить их от давления руководителя подали четверо работников роддома, проходящих свидетелями по делу.

Сама Елена Белая сказала в суде, что считает, будто подчинённые таким образом мстят ей за жёсткий стиль руководства

Стимул бороться за жизнь

Уже тогда дело вызвало пристальное общественное внимание и болезненную реакцию со стороны медицинского сообщества. В региональное следственное управление СК РФ с просьбой смягчить меру пресечения арестованной Елене Белой обратился губернатор Калининградской области Антон Алиханов.

Главный неонатолог Минздрава РФ по ЦФО Дмитрий Дегтярёв пояснял журналистам, что вероятность выхаживания ребёнка, рождённого с таким весом и на таком сроке, составляет примерно 50%, так что у главврача был стимул, напротив, побороться за его жизнь.

Впрочем, юрист Российского общества неонатологов Диана Мустафина-Бредихина почему-то называет совсем другую цифру выживаемости — 5–10%.

За время, прошедшее с момента возбуждения дела, расследование, казалось бы, забуксовало. Выяснилось, что препарат куросурф на самом деле ребёнку вводили и другими способами пытались его реанимировать, тем самым первоначальная версия следствия разваливалась. Однако на её месте появилась другая.

Теперь Следственный комитет полагает, что ребёнок был умерщвлён смертельной дозой сульфата магния, которую по требованию Елены Белой сделала анестезиолог-реаниматор Элина Сушкевич — она изначально прибыла в роддом из областного перинатального центра, чтобы забрать ребёнка. Напомним, главврач тогда увезти младенца не позволила: по её словам, состояние новорождённого не позволяло его транспортировать.

30 июня против Белой возбуждено новое уголовное дело по части 2 статьи 105 УК РФ «Организация убийства малолетнего».

Аналогичное подозрение было предъявлено и Элине Сушкевич, которая делала инъекцию раствора: её бесконтрольное применение к беременным и новорождённым запрещено, передозировка угнетает дыхательные функции, в то время как у недоношенного младенца и так не функционировали лёгкие.

Статья грозит пожизненным лишением свободы (правда в России к женщинам такая мера наказания не применяется) и к эксцессам, связанным с профессиональной деятельностью врачей, применяется крайне редко.

Обычно максимум, что вменяется медикам, это убийство по неосторожности. Расследование ведёт Главное следственное управление Следственного комитета.

Элина Сушкевич, вслед за главврачом роддома № 4, помещена под домашний арест.

СК в своём пресс-релизе от 30 июня настаивает, что «следствием не ставится самоцель привлечь к ответственности врача, но в данном случае причастность к гибели ребёнка подтверждается собранными доказательствами и результатами проведённых экспертиз».

Смерть — всегда плохая статистика

Тем не менее вопросы к новому делу появились сразу.

Так, непонятно, зачем Елене Белой для умышленного убийства привлекать анестезиолога из другого учреждения, который не находился от неё в служебной зависимости.

А кроме того, не было бы легче отдать ребёнка реанимационной бригаде перинатального центра, чтобы перекинуть на него риск подпортить показатели вероятной смертью недоношенного младенца?

Смерть — это всегда плохая статистика для больницы. Это очень невыгодно. Поскольку у нас они регистрируются как «дети», у нас же нет теперь такой регистрации как «плод», поэтому, ну, умер ли он до суток или на вторые сутки, с точки зрения статистики это не имеет значения, и там и там это идёт в зачёт.

Эксперт добавила, что наказания за такую смерть врачи, тем не менее, не несут. Неудачная реанимация обсуждается впоследствии на врачебных комиссиях для того, чтобы обобщить опыт.

Показатели смертности несомненно влияют на карьерные перспективы руководства роддомов, но не рядовых врачей, а Элина Сушкевич, напомним, не была подчинённой Елены Белой.

Элина Сушкевич/ontakte

Также многим показалось странным, что спустя более чем полгода Следственный комитет внезапно «передумал» по поводу причин смерти новорождённого.

И когда первая версия — по поводу неоказания реанимационной помощи — оказалась несостоятельной, выдвинул новую, которая автоматически не только резко отягчила обвинения, но и потребовала привлечения второго фигуранта.

По всей видимости, именно внешняя надуманность этого поворота в деле вызвала волну общественного возмущения. Так, более 154 тысяч человек подписали петицию с требованием объективно расследовать дело против Сушкевич.

Не располагая материалами следствия, мы находим обвинение, инкриминируемое врачу-неонатологу (анестезиологу-реаниматологу), абсурдным. Важно отметить, что убийство инкриминируется врачу, на счету которого сотни спасённых жизней недоношенных детей, в том числе десятки спасённых после предполагаемого события, — говорится в петиции.

Медицинское сообщество по всей России выразило солидарность с девушкой, принимая участие во флешмобе #ЯЭлинаСушкевич.

В Instagram насчитывается уже несколько тысяч публикаций, где коллективы медучреждений, в том числе из других стран, держат в руках таблички с именем врача.

6 июля в 12 регионах России медицинские работники и гражданские активисты вышли с пикетами против преследования Сушкевич.

«Врач и уголовное преследование — несовместимы»

Елена Кешищян в комментарии News.ru рассказала, что в некоторых случаях применение сульфата магния при реанимации недоношенных детей может быть оправданно. При этом решение об инъекции применяет врач, непосредственно следящий за состоянием ребёнка.

А объёмы — это другая тема. Потому что вопрос стоял об отёке мозга, а судя по тому, как умирал ребёнок, это был, конечно, отёк мозга — мозг не справлялся вообще и не регулировал ни дыхание, ни сердце, они пытались увеличить дозу для того, чтобы попытаться снять этот отёк,— говорит Кешищян.

Лидер профсоюза «Альянс врачей», который организовал кампанию в защиту Сушкевич, в разговоре с News.ru признала, что не торопится делать выводы о невиновности бывшего главного врача роддома.

Однако она считает невозможным судить с юридической точки зрения о действиях анестезиолога, которая работала с ребёнком, чья жизнь заведомо висела на волоске.

По отношению к Элине Сушкевич для Васильевой действует однозначная презумпция невиновности.

Элина Сушкевич — врач анестезиолог-реаниматолог из перинатального центра в Калининграде. Ее обвинили в убийстве недоношенного ребенка. Эта история взволновала медиков по всей России, в том числе и нижегородцев. Все они подписывают петицию в поддержку ко…https://t.co/Avg4FxeQvS pic..com/Uu5o2OdAZs

— Нижний Новгород (@Online_NN) 3 июля 2019 г.

Доктор, которая спасает жизни, не должна сидеть под домашним арестом ни в коем случае. И в принципе ни один врач, и тем более доктор, которая спасла столько жизней, — даже в Сети стали появляться мамочки и говорить, сколько она детей спасла, — не может желать зла маленькому ребёнку и пытаться его убить.

Статья об убийстве несовершеннолетнего просто неприменима.Доктор Элина Сушкевич — одна из самых востребованных специалистов, она одна из тех, кто перевозит детей и участвует в реанимации. Ну что же она там? Сына какой-то (указывает национальность. — Ред.

) она захотела убить? Что вообще за бред! В чём её мотивация?

Что касается действий Елены Белой, глава «Альянса врачей» пояснила, что считает подделку медицинских документов по её указанию не более чем административным правонарушением.

По её словам, акция солидарности с Элиной Сушкевич «сделана для того, чтобы в принципе показать, что врач и уголовное преследование — это вещи несовместимые вообще».

Васильева добавила, что в отличие от представителей правоохранительных органов, врачей некому защитить, кроме их самих.

Дело Белой и Сушкевич похоже на другое, прозванное журналистами «делом Ругина». В последних числах декабря 2015 года в одном из роддомов Калужской области родился недоношенный ребёнок весом 640 граммов. По версии следствия, младенца, которого ещё можно было спасти, специально оставили без всякой помощи.

Обвинения в убийстве и подстрекательстве к нему были предъявлены заместителю главного врача Калужской областной клинической больницы Александру Ругину и двум его подчинённым. В итоге замглавврача и ещё один подсудимый были оправданы. Условный срок получила лишь заведующая акушерским отделением больницы.

И это при том, что в распоряжении обвинения были материалы прослушки телефонных переговоров: сотрудники больницы в тот момент были объектами оперативных мероприятий со стороны антикоррупционного отдела полиции.

В расшифровке в том числе присутствуют такие слова Ругина: «Ну что я им мог посоветовать в таком случае в конце года-то? Сделать его мертворождённым».

Источник: https://news.ru/society/pozhiznennoe-dlya-vrachej-na-chem-postroeno-skandalnoe-delo-sushkevich/

Побои. Особенности статьи. Возбуждение дела в порядке частного обвинения

Чем мне грозит возбуждение дела в данном случае?

Юристы России рассматривают побои, как нанесение потерпевшему многократных ударов или его непосредственное избиение. Согласно этому понятию единичное нанесение удара, не может быть квалифицированно, как побои.

В статье 116 УК РФ сказано, что побои – это совершение насильственных действий в отношении человека, которые причиняют ему физическую боль, но не влекут за собой незначительную стойкую утрату общей трудоспособности или кратковременное расстройство здоровья.

Данные последствия присущи другой статье Уголовного кодекса, а именно 115 «Умышленное причинение легкого вреда здоровью».

Современное законодательство к статье 116 УК РФ относит не только нанесение побоев, но и совершение других насильственных действий, например, сечение потерпевшего, щипание, сдавливание, вырывание волос и другое, все, что может причинить физическую боль. Результатами побоев являются ссадины, синяки, ушиби, небольшие раны.

Также, побои могут не оставить никаких видимых следов или повреждений. К побоям не могут быть отнесены повреждения, повлекшие за собой расстройство здоровья на срок более 6 дней. Обязательное условие квалификации преступления, как нанесение побоев – это умышленность.

При отсутствии умышленных действий преступление будет переквалифицировано, в причинение вреда здоровью по неосторожности.

https://www.youtube.com/watch?v=cFYT7W9DFqA

Цель побоев – это стремление причинить физическую боль определенному лицу. Мотивы данного преступления: обида, ревность, месть, неприязнь.

Побои могут быть способом совершения другого преступления, такого как, причинение телесных повреждений и истязание. В таком случае они будут квалифицированны по статьям 111, 112 и 117 УК РФ.

Возраст, после достижения, которого наступает уголовная ответственность за побои – 16 лет.

Наказание за нанесение побоев:

  • штраф в размере до 100 минимальных размеров оплаты труда;
  • штраф в размере заработной платы или другого дохода осужденного за период до 1 месяца;
  • обязательные работы на срок от 120 до 180 часов;
  • исправительные работы на срок до 6 месяцев;
  • арест на срок до 3 месяцев.

Для возбуждения уголовного дела по статье 116 УК РФ побои, первое, что предстоит сделать пострадавшему, это обратиться в ближайшее отделение полиции для составления и подачи заявления и получения направления на медицинское освидетельствование.

На освидетельствовании побоев, врач записывает в карточку потерпевшего все результаты обследования, остальные заботы о деле по статье 116 УК РФ ложатся на плечи дознавателя.

Заявление пишется в произвольной форме на имя начальника вашего отделения полиции.

Обязательно в заявлении указываются время и место события, какой вред был причинен потерпевшему, что послужило основанием для нанесения побоев и место и время обращения за медицинской помощью. Если при нанесении побоев присутствовали свидетели, то их ФИО, контактные данные и адреса также следует указать. Затем потерпевший пишет просьбу привлечь виновного к уголовной ответственности.

Зачем идти в полицию спросите вы?

  • Во-первых, побои нанесенные потерпевшему могут иметь значительную тяжесть и повлечь за собой потерю трудоспособности и непродолжительное расстройство здоровья, в таком случае уголовное дело будет заведено по соответствующей статье.
  • Во-вторых, после возбуждения дела о нанесении побоев оно будет передано в мировой суд.
  • И, в-третьих, как уже говорилось выше, у потерпевшего на руках будет медицинское освидетельствование.

В 2007 году в Уголовно-процессуальный Кодекс РФ были внесены изменения в соответствии, с которым органы милиции и прокуратуры обязаны оказывать помощь пострадавшим гражданам в защите их прав. Исходя из этого пострадавший, подав заявление в полицию, может рассчитывать на установление виновного лица.

Уголовно-процессуальный Кодекс РФ разделяет уголовное преследование и обвинение, в зависимости от тяжести совершенного преступления на публичный, частно-публичный и частный порядок. В ст. 20 УПК РФ сказано, что дела по статьям 115,116, ч. 1, 129 и 130 возбуждаются только по жалобе потерпевшего и относятся к уголовному производству в порядке частного обвинения.

Прекращение данного обвинения возможно после примирения сторон. Частный порядок обвинения позволяет потерпевшему самому решать необходимо ли ему в сложившейся ситуации защищать свои интересы.

В отличие от серьезных преступлений, где возбуждение уголовного дела происходит по факту преступления, побои относятся к преступлениям легкой тяжести и не могут быть возбуждены только по факту произошедшего. В исключительных случаях дело о нанесении побоев возбуждается без заявления потерпевшего.

Данная ситуация может сложиться если потерпевший находиться в зависимом состоянии или по другим причинам не может самостоятельно воспользоваться своим правом на защиту интересов.

Возбуждение уголовного дела по факту нанесения побоев входит в юрисдикцию мирового судьи при условии, что заявлении поступило непосредственно в суд, или прокурору, дознавателю и следователю при обращении потерпевшего в органы полиции и (или) прокуратуры.
Рассмотрение дела о побоях происходит в мировом суде. После подачи заявления, с предоставлением суду доказательств вины обвиняемого, заявитель ожидает вызова в суд. Заявление подается лично потерпевшим или его представителем.

Со стороны обвинения на процессе мирового суда присутствует частный обвинитель – он же пострадавший, свидетели пострадавшего.

Права частного обвинителя:

  • знакомиться с протоколами дела;
  • подавать на них замечания;
  • поддерживать обвинение;
  • давать показания;
  • обжаловать приговор и т.д.

Еще одним участником процесса является подсудимый. Дела данного рода не предусматривают обязательного присутствия на процессе защитника, и если подсудимый в письменном виде отказывается от него, то это не может быть признано нарушением прав подсудимого на защиту.

Защитником может выступать адвокат, юрист или близкий родственник обвиняемого, об участии которого в процессе должно быть подано ходатайство. Мировой судья не относится, ни к стороне обвинения, ни к стороне защиты, его функция заключается в объективном рассмотрении дела, вынесении решения и регулирование прав и обязанностей участников процесса.

Особенность рассмотрения дела мировым судьей состоит в возможности обвиняемого подать встречный иск, который будет объединен в одно производство с заявлением потерпевшего. Еще одна особенность частного обвинения – это неучастие прокурора в судебном заседании. Роль прокурора выполняется частным обвинителем.

Окончание рассмотрения дела о побоях может быть связано с вынесением решения судом или примирением сторон. Примирение возможно только до момента удаления суда в комнату заседаний и допускается только с согласия обеих сторон.

В связи с частым закрытием дел о побоях при достижении сторонами процесса примирения, участились случаи повторного нанесения побоев и совершения обвиняемыми в таких делах более тяжких преступлений. В Государственной Думе России рассматривается проект внесения изменений в УК РФ по ст. 115, 116 и 119.

Депутаты предлагают, для ликвидации рецидивов по данным статьям перевести их из Уголовного Кодекса в Административный Кодекс, тем самым исключив возможность прекращения дел по примирению сторон. Многие представители власти уже поддержали предполагаемые изменения, добавив к законопроекту доказательства о необходимости таких изменений.

Эти доказательства выражаются в статистических данных собранных в краях, округах, районах и областях Российской Федерации.

Если вы заинтересованы тематикой уголовного законодательства, советуем прочесть также “причинение тяжкого вреда здоровью”.

С уважением,

Адвокат по уголовным делам Виктория Демидова

Источник: http://www.legalneed.ru/info/criminallaw/poboi/

Если вы нашли на улице деньги и забрали их, вас за это могут судить. Разъясняем закон

Чем мне грозит возбуждение дела в данном случае?

Что делать, если нашел в торговом центре чужой кошелек? Кому можно, а кому нельзя отдать находку? Если кассир обменника по ошибке выдал крупную сумму, ее можно забрать без всяких последствий? На эти и другие вопросы отвечает Дмитрий Маслов, заместитель начальника отдела по надзору за дознанием прокуратуры Минска.

Вот уже несколько дней активно обсуждается история минчанки, которая нашла в торговом центре 20 долларов и 25 рублей, забрала, а через несколько дней женщине сообщили: в отношении нее возбуждено уголовное дело по ст. 205 «Кража».

Многие возмутились: разве могут наказать за то, что человек подобрал то, что никому уже не принадлежит? И неужели из-за суммы в 20 долларов можно получить судимость? TUT.BY вместе со специалистом разбирался в юридических нюансах.

— Забрать чужие деньги без последствий нельзя, по законодательству за присвоение найденного имущества предусмотрены две ответственности: административная и уголовная, — объясняет Дмитрий Маслов, заместитель начальника отдела по надзору за дознанием прокураторы Минска. — В УК есть статья 215 «Присвоение найденного имущества».

Что в ней говорится? Присвоение в особо крупном размере найденного заведомо чужого имущества или клада наказывается общественными работами, или штрафом, или арестом. К особо крупному размеру относится сумма, которая в тысячу и более раз превышает размер базовой величины (базовая величина — 24,5 рубля. — Прим.TUT.BY).

То есть если человек нашел и присвоил 24 500 рублей и более, его привлекут к уголовной ответственности.

https://www.youtube.com/watch?v=RWJtodBfbXw

Если он нашел и забрал сумму менее 24 500 рублей, в данном случае наступает административная ответственность (ст. 10.6 КоАП). Что грозит? Предупреждение или штраф до 5 базовых величин (122,5 рубля).

— Нужно обратиться к милиционеру. Если поблизости нет сотрудника в форме, идите в дежурную часть отдела милиции того района, где нашли деньги. Вам предложат написать заявление, в котором нужно будет указать, где, при каких обстоятельствах и какую сумму вы нашли.

Либо оформят ваш рассказ протоколом устного заявления. При себе нужно иметь документ, удостоверяющий личность (паспорт, водительское удостоверение). Если вы нашли деньги в торговом центре, не спешите отдать их охраннику или администратору.

Они не являются представителями власти.

— Потратить, подарить, спрятать чужие деньги — это равносильно присвоению. В зависимости от суммы может наступить или административная, или уголовная ответственность. Даже если человек найденную сумму положил себе в кошелек, в тайное место и не успел потратить — это все равно присвоение.

Потому что он не сдал вовремя найденное в органы внутренних дел. Но здесь может быть нюанс. Например, сразу после находки человек может попасть в больницу на месяц, и у него не будет реальной возможности вернуть деньги, а за это время его уже успели установить по видеокамерам.

После выяснения всех обстоятельств нашедшего (в данном случае) могут освободить от ответственности.

— В законе этот момент не прописан. Чем быстрее, тем лучше.

— Конечно, разница есть, и она существенная. Например, прохожий видит, как у незнакомого человека выпадает кошелек, он оглядывается, никого рядом нет, забирает кошелек и уходит.

В данном случае речь может идти о возбуждении уголовного дела по статье 205 «Кража». И тут уже грозит серьезное наказание — до трех лет лишения свободы.

В другой же ситуации, когда на улице лежит чужой кошелек и рядом никого нет, человек подбирает его, то это уже присвоение найденного имущества (ст. 10.6 КОАП или ст. 215 УК).

— Конечно, необходимо возместить причиненный ущерб. В данном случае нужно вернуть хозяину 100 долларов.

— Если следствие уже возбудило уголовное дело, а после этого нашедший деньги решил вернуть, то оснований для прекращения уголовного преследования нет.

Но могут быть и другие обстоятельства, которые позволят дело прекратить. К примеру, человеку позвонили из милиции: «У вас должны быть потерянные деньги, предлагаем сдать добровольно».

Он приходит и сдает, это деятельное раскаяние. Впоследствии по данному основанию дело могут прекратить.

— Здесь могут быть два сценария. Первый. Все обменники оснащены видеокамерами, на записи видно, к примеру, как кассир вместо 500 рублей выдает 5000.

Клиент внимательно все пересчитывает, ничего не говоря, кладет деньги в свой кошелек и уходит. В данном случае речь может идти о мошенничестве (ст. 209 УК). Уже есть судебная практика по таким делам.

То есть к уголовной ответственности будет привлечен клиент.

Второй сценарий. Человек, не считая деньги, забирает их и уходит. В данном случае ответственности не будет. Но и здесь есть нюанс.

Возле кассы клиент ошибки не заметил, а дома понял, что внезапно разбогател, однако с банком не связался, а даже успел потратить часть денег, прежде чем раздался звонок из милиции.

Изучив все обстоятельства, следствие может прийти к выводу, что это мошенничество, и возбудить уголовное дело. И вообще, правильно говорят: «Чужие деньги счастья не принесут».

Источник: https://news.tut.by/society/577371.html

До пяти лет лишения свободы “за сохранение изображений” грозит в Красноярске 38-летней Оксане Походун. Возбуждение уголовных и административных дел за репост и лайк в социальных сетях уже давно не редкость.

Судами по статье 282 УК РФ сложно кого-то удивить. Но оказывается, возбудить уголовное дело по статье “Экстремизм” могут не только за репосты сомнительных с точки зрения силовиков публикаций.

Теперь для этого достаточно просто сохранять интернет-мемы себе на флешку или в закрытый альбом соцсетей.

В начале лета 2017 года к Оксане пришли сотрудники УФСБ по Красноярскому краю с обыском. Причиной стали найденные на ее странице в соцсети изображения, которые, по мнению оперативников, были экстремистского содержания.

Причем Оксана уверяет, что вначале ей вменили именно репост нескольких изображений: Владимир Путин в свастиках и с красными глазами, домашние тапочки со свастиками и другие подобные картинки. Сама Походун утверждает, что такие “маргинальные картинки” не сохраняла и не публиковала у себя на странице.

За размещение подобных изображений год назад был осужден и приговорен к штрафу член красноярского отделения ПАРНАС Евгений Бахотский.

У Оксаны сейчас все серьезнее, чем у Бахотского: уголовное дело возбуждено по части 1 статьи 282 УК РФ, в которой предусмотрено до пяти лет лишения свободы.

Причем с момента первой встречи Оксаны Походун с силовиками в ее деле изменилось и описание изображений, и формулировка: сейчас ее обвиняют не в репосте, а просто в сохранении изображений в закрытом альбоме соцсети “ВКонтакте” и на флешке.

Оксана Походун

“Стыдно сидеть дома”

Пристального внимания правоохранительных органов, считает Оксана Походун, она удостоилась за участие в “прогулках оппозиции”, которые проходят каждое воскресенье. В Красноярске на них выходят члены движения “Артподготовка”, о которых Оксана узнала из ролика в соцсети и решила поддержать эту акцию.

– В ролике шли парни и говорили, что хватит сидеть дома и надо выходить на улицы, показывать, что вы есть, – рассказывает Оксана Походун. – Вот я и пришла на прогулку к “Артподготовке” в Красноярске. Мы выходили и гуляли. Прогулки всегда проходили по-разному: нас сопровождали люди в штатском, закидывали яйцами с зеленкой, писали угрозы на почтовых ящиках.

Открываю дверь, а меня какой-то парень обратно запихивает толчком. И говорит: “Что, не хочешь больше никогда свою дочь увидеть?” Ко мне вломились шесть человек

По словам Оксаны, она не является сторонницей оппозиционеров Вячеслава Мальцева или Алексея Навального, но считает, что выходить и показывать, что ты есть, необходимо, если гражданское общество не может реализовать свои права иным способом.

Прогулки продолжались, несмотря на разного рода провокации, которые явно говорили о том, что такой активности в городе не рады. После них был еще митинг Навального 26 марта, куда пришли все члены красноярской “Артподготовки”.

12 июня планировали провести митинг против коррупции, тогда сотрудники штаба Навального решили подстраховаться и попросили сторонников Мальцева из движения “Артподготовка” стать его соорганизаторами. Уведомления о планирующемся мероприятии были поданы в мэрию в понедельник, 5 июня.

На следующий день рано утром сотрудники УФСБ по Красноярскому краю пришли с обысками к трем членам “Артподготовки”: Сергею Зинову, Александру Зайцеву и к самой Оксане Походун.​

“Прогулка оппозиции”

Александру Зайцеву обвинения не предъявили, но, по его словам, намекнули, что это не последняя встреча. Против Сергея Зинова возбудили административное дело по статье “Экстремизм”, в итоге его признали виновным и присудили штраф. Против Оксаны Походун возбудили уголовное дело.

– Ко мне тихонько постучались, я даже не спрашивала кто, хотя меня удивило, что в такую рань, в полвосьмого, ко мне кто-то пришел, – вспоминает июньские события Оксана. – Но у меня соседи всегда потихоньку стучат, поэтому меня это не напрягло. Открываю дверь, а меня какой-то парень обратно запихивает толчком.

И говорит: “Что, не хочешь больше никогда свою дочь увидеть?” Ко мне вломились шесть человек: два понятых, которые пришли с сотрудниками, два вооруженных человека в масках и, как выяснилось позже, два сотрудника ФСБ. Я встала в уголке у холодильника. Мне показали постановление суда на обыск.

Он был в файле, в руки категорически не давали, сказали, что я могу его съесть. А файл блестел, я ничего толком не смогла рассмотреть в этом постановлении. Но я же не могла с ними бороться, отступила, и все эти люди зашли. Сотрудник ФСБ не показал свои корочки, не представился, не объяснил, зачем он пришел.

Меня все его действия и его реплики про дочь просто ошарашили. Он тряс своими бумажками, кричал на меня.

Сотрудник ФСБ составил протокол обыска. У Оксаны изъяли сенсорный сотовый телефон и два кнопочных, один из них сломанный. Две флешки и фотоаппарат тоже заинтересовали оперативников, и они их забрали. Опись изъятого Оксане не дали. В конце сообщили, что ее обвиняют “в репостах изображений экстремистского характера”.

Торговался со мной, кричал, постоянно матерился, видимо, играл в злого полицейского

https://www.youtube.com/watch?v=Hz508N7rENs

При этом Оксана говорит, что ей фактически был устроен допрос. Оперативного сотрудника интересовало все об “Артподготовке”: кто главный, кто собирает деньги, кто спонсирует, какие акции задумываются.

– Я ответила, что не знаю, что у людей в голове, меня в это не посвящают, я хожу гулять, потому что стыдно сидеть дома, надо выходить и показывать, что мы есть, – рассказывает Оксана.

– Сотрудник ФСБ на обыске сказал мне, что если я ему не расскажу про прогулки и “Артподготовку”, дело будет передано в следственный комитет.

Он торговался со мной, кричал, постоянно матерился, видимо, играл в злого полицейского.

Телефон с “сомнительными” изображениями

“Разжигаю рознь сама в себе”

По словам Оксаны, она коллекционирует мемы, причем самого разного содержания. Скачивала она их в альбом “сохраненные” в соцсети “ВКонтакте”. И доступ к этому альбому всегда был ограничен настройками приватности, поскольку сохранялись туда и фотографии, присланные дочерью.

Еще раз подчеркну, что у меня все закрыто от остальных пользователей. Получается, они пользуются моей страницей как своей. А рознь я, видимо, разжигаю сама в себе​

– Эти вещи не просто же так происходят, если люди не могут вслух сказать, они это выражают в мемах, – объяснила Оксана. – А я коллекционирую мемы, ведь они быстро теряют актуальность и исчезают. Это как срез времени.

Но эти картинки никто не видит. Я их даже не пересматриваю, у меня нет на это времени. Думала, что когда-нибудь я разложу их по папкам, соотнесу с происходящим в то время.

Это все взято из сети, и там оно лежало в свободном доступе.

При обыске Оксане предъявили изображения, датированные 25 марта 2017 года, якобы их видят все пользователи. Оксана утверждает, что никто, кроме нее, не может просматривать этот альбом.

Не могут посторонние смотреть и ее музыку, группы, друзей. И такие настройки были в ее аккаунте всегда.

Более того, Оксана не уверена, что некоторые изображения, из-за которых сейчас ей выдвинули обвинения, сохраняла именно она.

– Уже сомневаюсь в том, что я сама сохраняла именно эти картинки, – говорит Оксана. – Я все анализирую, и вижу, что они были сохранены в те числа, когда я не имела доступ в интернет. Это уже даже следствие доказало. Например, они мне говорят, что 1 сентября 2015 года было сохранено изображение собаки в будке, где написано что-то про жидов.

Я же в этот день была в Саратове на линейке в университете у ребенка. Тогда не было у меня возможности мемы публиковать, даже не было телефона, в котором есть интернет, и компьютера с собой не было. Еще раз подчеркну, что у меня все закрыто от остальных пользователей. Получается, они пользуются моей страницей как своей.

А рознь я, видимо, разжигаю сама в себе.

Есть и другие спорные даты за июль и август, когда, по словам Оксаны, она находилась на стационарном лечении и у нее не было с собой устройств с доступом в интернет.

Сейчас она пользуется смартфоном, которому всего год. До этого у нее была простая кнопочная “звонилка”. Компьютера у нее тоже нет.

В спорном альбоме у Оксаны хранится очень много изображений, и оперативники, очевидно, приложили немало усилий, чтобы найти крамольные.

– В этом альбоме бардак, около 5000 фотографий, там нет определенной тематики: животные, котеечки, Бобы Марли. Нет там, например, ничего антисемитского, против жителей Кавказа – таких изображений нет.

Я толком и не помню, что там точно сохранено. У меня в протоколе написано “сохраняла, чтобы периодически просматривать”, но пока ко мне не пришли из ФСБ, я в этот альбом даже не заглядывала.

Я ленту новостей обычно только просматриваю.

Удалять этот альбом Оксана не стала из принципа – она не признает себя виновной. Тем не менее, следствие настаивает, что сохранялись эти картинки для распространения и они были видны большому кругу пользователей. Сейчас Оксане Походун предъявляют обвинения, что она разжигала ненависть к социальным группам “украинцы”, “кавказцы”, “мусульмане”.

Но следствие вряд ли сможет доказать, что альбом был открыт для публичного доступа. Впрочем, и Оксана не может доказать обратное: она отправляла запрос в штаб социальной сети “ВКонтакте” с просьбой дать информацию, какие настройки приватности были у ее альбома в указанный следствием период. В ответе ей было написано, что такие данные о пользователях не сохраняются.

Три тома уголовного дела Оксаны Походун

Борьба с несогласными

Представитель Следственного комитета по Красноярскому краю Ольга Дегидь сообщила корреспонденту Радио Свобода, что сейчас следствие по делу Оксаны Походун находится на завершающем этапе. Дело возбуждено по факту “сохранения на ее странице в социальной сети изображений экстремистского характера”. Правозащитники же уверены: называть эти изображения экстремистскими рано.

– Следственные органы позволили себе исказить ситуацию до нелепости.

В обвинительном заключении говорится о том, что несколько картинок, размещенных Оксаной в интернете, могут повлиять на конституционный строй РФ, – рассказала корреспонденту РС правозащитница Ольга Суворова.

– Но на самом деле это абсолютнейший бред. Мы связались с центром по профилактике экстремизма “Сова”, и они предложили пересмотреть как раз ту самую экспертизу, которая была дана нашими красноярскими специалистами.

Но это невозможно – самого себя привлечь к ответственности за разжигание ненависти к самому себе

По мнению правозащитницы, все дело именно в экспертном заключении, которое было составлено без изучения конкретной ситуации и является просто копипастом подобных решений. Остаются вопросы и к законности проведенного в июне обыска: запрос обвиняемой в судебный департамент показал, что такого решения судьи не было.

Юристы Красноярска и вовсе сомневаются в законности правоприменения в данном случае статьи 282 УК РФ.

– По данной статье нужны действия. Это же возбуждение ненависти, вражды, должен всегда быть объект, на кого это направлено, – считает адвокат Владимир Васин. – И обязательно необходим признак публичности.

Если ты это просто где-то хранишь на диске либо еще где-то, не распространяешь и никому не показываешь, какая тут может быть публичность? Действия по хранению? Но за хранение не может быть ответственности по этой статье. Логика проста: если доступ к подобной информации закрыт и смотреть ее может только создатель, преступления нет.

Что он разжег? В ком? Сам в себе? Но это невозможно – самого себя привлечь к ответственности за разжигание ненависти к самому себе… Хотя не удивлюсь, если скоро и такие дела появятся.

При этом Владимир Васин подтверждает, что если хоть один человек увидел на странице пользователя предъявленные изображения, тогда может случиться, что появится заявление оскорбленного гражданина, верующего или неверующего. Это уже сложившаяся следственно-судебная практика.

Оксана Походун уверена, что преследование напрямую связано с ее гражданской активностью: помимо еженедельных прогулок оппозиции она часто оставляет вольнодумные комментарии к происходящему в городе и России в социальной сети “ВКонтакте”.

Есть у нее и предположение такого рода: сейчас необходимо как можно больше членов “Артподготовки” признать экстремистами, чтобы официально запретить данное движение на территории РФ.

Правозащитница Ольга Суворова тоже уверена, что данное дело заведено только с целью запугать тех, кто обладает наиболее активной гражданской позицией. Надо просто добиться того, чтобы другие, посмотрев, уже не боролись.

Но подобные домыслы в УФСБ по Красноярскому краю категорически отвергают, считая, что оппозиционеры просто пользуются такими формулировками, чтобы уйти от ответственности.

– Всегда легко сказать, что у нас пресекается свобода слова, что гонения начинаются. На самом деле это не так, – рассказала корреспонденту РС сотрудник пресс-службы УФСБ Марина Моисеева. – Человек же сам осознает, что он размещает.

Одно дело, если оппозиционно настроенный человек свои действия как-то обосновывает, это никогда не закончится уголовным делом.

Но если человек призывает, даже косвенно, к каким-то свержениям, к каким-то революционным моментам – это уже экстремизм и проявление радикальных настроений.

Источник: https://www.sibreal.org/a/28800495.html

Что бы ни случилось – никакой скорой

Чем мне грозит возбуждение дела в данном случае?

Александр передознулся “спайсом” 6 декабря прошлого года, когда вечером пришел с работы домой. Испуганная мама вызвала скорую, врачи приехали, что-то ему вкололи.

А через час пришел участковый: “Говорят, вы тут наркотики на дому употребляете?” В России, по официальной статистике, около восьми тысяч смертей от передозировок в год.

Эксперты опасаются, что это число может вырасти, поскольку потребители “спайсов” боятся обращаться за медицинской помощью, опасаясь дальнейшего преследования со стороны полиции.

Александр живет в городе Верхний Уфалей Челябинской области. Он честно признает, что иногда покупает “спайс”.

– В тот день я зашел дома в туалет покурить, – рассказывает он. – Это был незнакомый сорт, почти сразу мне стало плохо. Я потерял сознание. Мама была дома, она увидела, что я лежу на полу и дергаюсь, кинулась к соседям.

Те стали меня поднимать, вызвали скорую. Врачи приехали, померили давление – 300 на 140. Спрашивают: “Употреблял?” Я говорю: “Да”. Они вкололи мне антидот и препарат от давления. Я подписал согласие на оказание медицинской помощи, они уехали.

А через час пришел участковый…

Подписывайтесь на нас в telegram

Александр говорит, что не стал с ним откровенничать, а размыто сказал, что стало плохо. Участковый сказал: “Ну-ну” и начал “разматывать дело”. Позвонил Александру на работу – прямо директору – и стал выяснять, как Александр провел день, с кем поехал домой, не торгуют ли в офисе наркотиками. Потом позвонил маме Александра, задал те же вопросы.

– На работе пока все нормально, – говорит Александр. – Но со стороны дирекции, конечно, некоторая напряженность есть. А участковый звонит мне каждый день, ласковый такой: ничего, мол, не хочешь еще рассказать.

И один раз я не стал с ним говорить вообще. А он отвечает: “Да ты вообще обязан пройти медосвидетельствование! Не пойдешь – в наручниках отведем”. Я пошел. Наркотики не обнаружились.

Тогда менты отправили анализы дальше в областную лабораторию.

Александр обратился к юристу, тот позвонил в полицию, и только тогда они узнали, что на Александра сразу было заведено административное дело по ст. 6.9 КоАП РФ (немедицинское употребление наркотиков), и грозит за это до 15 суток ареста.

Если врачи передали сведения в полицию, это не должно признаваться основанием для возбуждения дела

– Медицинские организации, которые передают сведения про “оказание медицинской помощи при неалкогольном опьянении” в полицию, ссылаются на пп. 5 ч. 4 ст. 13 Федерального закона “Об основах охраны здоровья граждан”, – поясняет юрист Арсений Левинсон.

– Там сказано, что предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина допускается “в целях информирования органов внутренних дел о поступлении пациента, в отношении которого имеются основания полагать, что вред его здоровью причинен в результате противоправных действий”. То есть закон допускает передачу сведений в полицию для защиты пациента от противоправных действий.

Но в данном случае он применяется для привлечения человека к ответственности за то, что тот “причинил вред своему здоровью” и потом обратился за медицинской помощью. Но и в целом, даже если врачи передали сведения в полицию, это не должно признаваться основанием для возбуждения дела по ст. 6.9 КоАП.

Потому что к этой статье есть примечание: “От ответственности освобождаются граждане, обратившиеся за лечением в связи с потреблением наркотиков”. И факт обращения за медицинской помощью в скорую помощь сюда тоже относится.

Левинсон говорит, что люди будут бояться обращаться к врачам, если это может повлечь за собой возбуждение дела. И случай Александра далеко не единственный.

Вот несколько сообщений, пришедших на сайт правовой помощи: “Недавно забрали на скорой с приступом эпилепсии, в выписке написано, что это спровоцировано употреблением психоактивных веществ, сегодня звонили из полиции, желают со мной пообщаться по этому поводу, что может грозить в таком случае? Андрей”, “По прибытии скорая помощь вколола дозу “налоксона” и на носилках увезла в больницу. В больнице окончательно пришел в себя и, чтобы избежать проблем, сбежал оттуда, не дожидаясь наркоучета, освидетельствования и полиции. Личность в больнице установлена не была (документов, естественно, при себе никаких не было). Через несколько дней пришла полиция. Роман”, “Шел с работы, встретил приятеля, он уговорил меня покурить каких-то спайсов, мне стало плохо, вызвали скорую. Скорая откачала и отвезла в больницу, там я от лечения письменно отказался и пошел домой. В больнице никаких анализов не сдавал, только ФИО и адрес места жительства назвал. И теперь второй день ко мне полиция ездит, но дома меня нет. Сергей”.

Во всех этих историях медицинская помощь минимальна. Зато угроза полицейского преследования – очень явная. Получается, что государство не поощряет обращение наркозависимых людей за медицинской помощью, а наоборот.

Между тем, по словам главного нарколога Минздрава России Евгения Брюна, ежегодно в России от передозировок умирают около восьми тысяч человек.

Для сравнения: в 2015 году 8440 случаев гибели от передозировки было зафиксировано на 30 европейских государств, вместе взятых (28 стран Европейского союза, Турция и Норвегия). И это еще считается плохим показателем.

Сегодня в России все, что связано с наркологической помощью пациентам, оказывается за пределами медицины, считает нарколог, заведующий кафедрой медицинской психологии Казанского государственного медицинского университета, директор Института исследований проблем психического здоровья Владимир Менделевич.

Наша наркология идет в противоположном направлении, предлагая “социальный прессинг” как профилактическую процедуру

– Главное, непонятно: какая цель преследуется? Ведь, если думать о вовлечении максимально возможного числа наркопотребителей в программы лечения, необходимо создать для этого условия. Важно сделать все, чтобы наладить с пациентом доверительный контакт, мотивировать его на лечение, а не отталкивать, – считает Менделевич.

– И во всем мире наркологические службы доказали, что лечение лучше заключения или наказания, а конфиденциальность – его неотъемлемое условие. Там делают все, чтобы пациенты доверяли медицинской службе. Наша же наркология идет в противоположном направлении, предлагая “социальный прессинг” как профилактическую процедуру. Но это тупиковый путь.

Запугиванием не вылечишь болезнь.

А Александр до сих пор не знает, что у него с анализами. Участковый не звонит, скорее всего, все чисто. То есть фактически человека просто напугали, пытаясь заодно “нарисовать” какое-нибудь дело. А результат пока один. Александр уверяет: что бы ни случилось – больше никакой скорой.

Источник: https://www.svoboda.org/a/28993228.html

Абсолютное право
Добавить комментарий