Щитаеться ли самообороной

Эта страшная самооборона: почему в России она считается преступлением? – МК

Щитаеться ли самообороной

Казнил? Нельзя помиловать!

Чисто женская 111-я статья

— Судья говорит, что обороняющийся должен так рассчитывать свою силу, чтобы не причинить нападающему несоразмерного вреда. Но как ее, эту силу, соизмерить, тем более когда счет на доли секунды? Вы знаете?! И я не знала… — девушка-заключенная вытирает глаза краем футболки.

Только в одной камере СИЗО №6 правозащитники нашли сразу двух арестанток, для которых самооборона обернулась решетками и тюремной баландой. Обеим вменяется 111-я статья УК («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью»). Одна пока еще под следствием, вторая уже осуждена, но ждет апелляции. Вот их истории.

Елена К. — бывшая зам. главного бухгалтера известной газеты, проработала в издании 8 лет. Лену попросили ухаживать за соседом-инвалидом, она по доброте душевной согласилась, носила ему продукты, убирала в квартире.

— Я знала, что он любил выпить, — рассказывает женщина. — Видела и его самого не раз нетрезвым, и как к нему в гости захаживали пьяницы из подъезда. Однажды они его избили, я написала заявление в полицию, выступала свидетелем.

После этого случая брат инвалида попросил меня по возможности спасать его от сомнительных компаний. В итоге собутыльники мужчины меня побаивались: стоило мне зайти, как они тут же ретировались. Но не все. Был один самый агрессивный.

И вот как-то я пришла к соседу с продуктами, а он там. На мои замечания и просьбу покинуть квартиру отвечал угрозами. Я три раза вызывала наряд полиции. В какой-то момент он достал нож… Я сначала табуреткой отбивалась, а потом сама нож схватила и два раза его…

Это произошло будто в одно мгновение. Я сама не ожидала от себя, что смогу так. Слава богу, он живой. Полицейские, когда приехали и обо всем расспросили, обещали, что меня не посадят, что этот случай пойдет как «самооборона». Но в итоге 111-я статья УК, и я в СИЗО.

Как думаете, большой мне срок дадут?

— До восьми лет…

Ее сокамерница, 34-летняя Ирина М., свой срок уже получила. Ирина — учительница московской школы. Имеет множество госнаград, премию от мэра, номинантка на звание «Учитель года».

— Мы возвращались с шашлыков, — начинает она свой рассказ. — Я вела восьмилетнего ребенка. Кстати, экспертиза показала, что я не употребляла алкоголь. А он — мой бывший сожитель, которого я нечаянно встретила на улице, — был нетрезв.

Стал выяснять со мной отношения. Он полез драться (все было на глазах ребенка), я, защищаясь, пырнула его шампуром. Я не убегала, вызвала «скорую» и полицию. В отделении нас с ребенком продержали ночь…

Обещали в итоге «самооборону», но возбудили дело по ст. 111.

Приговор Кузьминского суда от 19.11.2014 года — 2 года лишения свободы. При том, что сожитель живой, даже сильно не пострадал. Читаю его ходатайства, где он пишет, что просит суд, чтобы ее освободили, что он ее простил.

В ближайшее время будет апелляция. Шансы на освобождение вроде бы есть.

Но в любом случае Ирина уже полгода провела за решеткой, а в таких случаях судьи обычно не оправдывают, а просто снижают срок до периода пребывания в СИЗО.

Вообще таких, как Ирина и Лена, за решеткой сегодня очень много. Общество узнает обычно только о самых громких случаях, да и то, узнав, скоро забывает.

Уже два года в колонии отбывает шестилетний срок 20-летняя спортсменка Татьяна Андреева. Девушка, защищаясь от опытного насильника-клофелинщика, ударила его ножом. Рана оказалась смертельной.

Когда суд нашел в действиях обвиняемой преступный умысел на причинение тяжкого вреда здоровью (все та же 111 УК), многих это возмутило. Про Таню писали. За нее вступались правозащитники. А потом забыли…

И сейчас тюремщики в колонии, где сидит Таня, уже не помнят, кто она на самом деле, почему все так вышло. Они видят только три цифры, написанные на бирке, — 111 УК.

Четыре пути за решетку

Само понятие самообороны вроде ясное, но если читаешь Уголовный кодекс, то получается нечто совсем расплывчатое. В принципе есть аж 4 статьи, под которые может попасть защищавшийся человек:

114 УК РФ — превышение пределов самообороны;

113 УК РФ — нанесение вреда здоровью в состоянии аффекта;

118 УК РФ — причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью;

111 УК РФ — причинение тяжкого вреда здоровью в случае умышленного характера.

Выбор статьи зависит от следователя. А с учетом коррупции…

Житель Подмосковья Николай Дорофеев, стрелявший в преступника, который лез к нему в огород (а перед этим избил его и соседа-инвалида), рассказывал мне, как ему предлагали на разных этапах переквалифицировать дело.

Если хорошо поторговался, то можно со 111 ст. уйти на 118 ст., а если еще лучше, то и на 114 ст. В самом идеальном варианте дело квалифицируют именно «самообороной» и закрывают. А если нет, то 111-я так и останется 111-й.

..

И тут впору вспомнить один случай. В квартиру ломились два преступника. Хозяин позвонил в полицию, сообщил, что он с ружьем в руках их готов встречать. Полицейские не среагировали. Он позвонил еще раз. Снова предупредил.

Затем он предупредил преступников за дверью. И, когда они ее выбили, выстрелил. Убил прямо на пороге одного из преступников, у которого как раз оружия не было (он просто держал руку в кармане). Мужчину осудили, дали год.

— Еще в 2013 году мы разработали законопроект, расширяющий пределы допустимой самообороны, — говорит председатель Комитета Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций, депутат от ЛДПР Ярослав Нилов.

— Мы предложили внести поправки в законодательство, с тем чтобы «любые действия, совершенные в собственном помещении для защиты имущества, здоровья и жизни близких, собственной жизни и здоровья, считались совершенными в ситуации необходимой самообороны и не выходящими за ее пределы».

Документ все это время пролежал в профильном комитете. Мы неоднократно призывали вынести его на рассмотрение, и вот наконец это состоится. Позиция Верховного суда и правительства — не поддерживать, потому что якобы дополнительные формулировки могут лишь привести к росту преступности.

То же в своем заключении нам ответил профильный Комитет по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству. Мы в ответ призываем — посмотрите на реальную ситуацию в стране.

Помните историю в Тульской области, когда бандиты пришли в дом к фермеру, и он, защищая себя и свою семью, зарезал троих из них? Было возбуждено уголовное дело. И только под давлением общественности история имела хеппи-энд.

Но огромное количество случаев, когда на скамье подсудимых не преступники, а наоборот — жертвы. Почему? Нет четких критериев самообороны. И у нас считается, что человек должен сто раз подумать, прежде чем нанести упреждающий удар.

Возьмем пример: применение травматического пистолета — оружия самообороны. Нельзя стрелять, не оценив обстановку, не предупредив о выстреле… Но ведь в реальности все происходит за секунды.

Мы настаиваем: у хозяина жилья должны быть основания защищаться любым способом. Иначе получается, что преступник ничем не ограничен, а жертва должна выбирать между смертью от его рук или тюремным сроком.

Кстати, наша инициатива «Мой дом — моя крепость» уже набрала больше 100 000 на площадке РОИ.

Каковы шансы, что законопроект примут? Эксперты говорят, что 50 на 50. Против документа — силовое лобби. Ведь обычно такие преступления расследовать одно удовольствие.

Вот преступник, вот пострадавший. Преступник не отпирается, признается, что да, ударил, да, виноват.

А чего еще нужно для палочной системы? А то, чтобы за всем этим не стало очевидно, что он сам жертва, — это уже дело техники.

Три правила для жертвы

— Если законопроект примут, то мы закроем одну «дырку», — говорит председатель общественной организации «Гражданская безопасность» Сергей Гринин. — Но останутся еще.

Закон не коснется тех, на кого напали не в жилище, а на улице, в автомобиле. Мы предлагали внести дополнения и считать самообороной все случаи (где бы они ни произошли), когда на человека нападает группа.

Но и здесь мы не защитим девушек, которые обороняются от одного-единственного насильника.

Как быть? Эксперты говорят, что нынешнее законодательство в принципе не так уж и плохо. И нужно заставить следователей и суды соблюдать его. Они зачастую напрочь игнорируют заявления граждан о состоянии необходимой самообороны.

— Следователь, выслушав рассказ человека о самообороне, должен сначала возбудить дело по факту смерти, но не против конкретного лица, — поясняет Гринин. — То есть соблюдать презумпцию невиновности. И если в ходе расследования не будет убедительных доказательств, что человек врет, то дело закрывать за отсутствием состава преступления.

Почему они так не делают? Во-первых, раскрытое преступление — это всегда благо для следователя (это премии, «звездочки» на погонах). Во-вторых, инерция мышления: «есть труп — кто-то должен сидеть». Это старая прокурорская формула. Инерция до того велика, что она работает в суде тоже. Один мой знакомый судья был уволен за то, что у него слишком много оправдательных приговоров.

Ему сказали: «Ты портишь показатели».

Пока депутаты и судьи будут думать над самообороной, с каждым случиться может всякое. Гражданин, готовый защищаться от бандитов, должен быть готов в дальнейшем защищаться от правоохранительной машины.

Он должен четко осознавать, что люди в полицейской форме и мантии будут не на его стороне.

Так что мы с помощью специалистов разработали три простых правила для тех, кто вынужден был обороняться против преступников.

1. Обязательно вызвать «скорую». Попытаться самому оказать первую медпомощь. Это свидетельствует об отсутствии умысла на причинение умышленного вреда.

2. Вызвать полицию. Это будет доказывать, что вы уверены в своей правоте и не боитесь уголовного преследования.

3. Правильно дать показания. Это, пожалуй, самое важное. Потому мы советуем взять паузу — сослаться на то, что сейчас вы в состоянии шока, сильного волнения, ничего не понимаете. А потом уже спокойно проанализировать каждое слово, которое ляжет в основу показаний.

Лучше делать это с адвокатом, но только квалифицированным. Было несколько случаев, когда люди оказывались за решеткой именно «благодаря» плохому адвокату (один из примеров — девушка в метро выстрелила в человека, напавшего с ножом. На шее у нее остался порез, но адвокат об этом умолчал). Вообще важны все нюансы.

Важно показать, что вы пытались убежать и что оборона вышла случайно, сама собой.

Вот другая история, на этот раз с благополучным концом. Мужчина утром делал пробежку, за ним увязались трое хулиганов. На каком-то этапе он вспомнил, что в кармане огромная связка ключей, и, по сути, использовал ее в качестве кастета.

У одного из преступников в итоге порвана щека, сломана челюсть. Но марафонец показания дал грамотно: уже подбегая к дому, достал ключи, уронил, а когда поднимал, увидел летящий в его голову кулак и, «не глядя, отмахнулся» рукой.

А в ней-то ключи.

Фото предоставлено автором.  

P.S. Пока у жертв, которые сами стали преступниками, есть только одна хорошая новость — они подпадают под амнистию к 70-летию Победы.

Источник: https://www.mk.ru/social/2015/05/13/eta-strashnaya-samooborona-pochemu-v-rossii-ona-schitaetsya-prestupleniem.html

Как не сесть за самооборону

Щитаеться ли самообороной

Сопротивление нападающему на тебя человеку — самооборона или насилие?

Ежегодно в России получают широкий общественный резонанс уголовные дела, связанные с самообороной. Очень редко можно спрогнозировать, каким исходом обернется то или иное дело, даже при схожих обстоятельствах. И чаще суд выносил решение не в пользу защищающегося.

Есть, однако, несколько громких дел, в которых люди, применившие самооборону, были оправданы. Рассмотрим, как и почему это происходило.

Дело о голодном сожителе

12 апреля текущего года Мосгорсуд оправдал женщину, которая зарезала своего сожителя, защищая свою жизнь. Тот пришел домой пьяным, возмутился, что гражданская супруга якобы приготовила еду только на себя, и начал ее душить. Женщина освободилась и ударила его подвернувшимся ножом. Она немедленно вызвала скорую, но мужчина скончался.

Мосгорсуд признал, что в действиях женщины не было преступного умысла и что у нее были основания обороняться, так как она реально опасалась за свою жизнь.

«В американской практике самообороны есть правило Stay Your Ground — „стой на своем месте“, которое разрешает применение оружия против другого человека в случае, если это предотвратит преступление. В России же все иначе», — поясняет «Ридусу» адвокат Матвей Цзен.

Российская практика рекомендует не применять насилие, а убегать с места преступления. Здесь больше шансов, что тебя оправдают, если в ходе следствия получится доказать, что тебе некуда было деться в момент совершения нападения. Если же возможности для отхода были, то на суде дело может кончиться плохо.

Дело Галины Каторовой

Аналогичный случай произошел в Приморском крае. Галина Каторова ударила мужа ножом, когда он избивал ее и душил при свидетеле. Правда, свидетель — сосед — предпочел выйти на балкон и не вмешиваться. Следствие было намерено обвинить Галину, однако суд решил, что у нее не было возможности покинуть обстановку, где ее жизни угрожала опасность.

«Пленум Верховного суда РФ (постановление от 27.09.2012 № 19) определил необходимую оборону в качестве „основания для признания правомерным причинение вреда лицам, посягающим на охраняемые уголовным законом социальные ценности“. Ст. 37 УК РФ (необходимая оборона) определяет случаи, при которых лицо не подлежит уголовному преследованию», — поясняет источник «Ридуса» в силовых структурах.

Часть 1 статьи 37 гласит: не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

«Таким образом, если хрупкая барышня, чистя свой спортивный арбалет, вышла на шум в коридоре и обнаружила свою мать, лежащую в луже крови и нависающего над ней двухметрового мужика с куском арматуры в руке, который дёрнулся в сторону барышни с криком „И тебя завалю!“, выстрелит из арбалета в незваного гостя, то это будет необходимой обороной», — говорит наш источник.

Галине Каторовой, как и первой женщине, к тому же некуда было деваться: нападение произошло у нее дома.

Дело казака Шишова

В 2017 году были признаны невиновными казак Олег Шишов и его друзья — Алексей и два Александра Дутовы. Они поссорились с цыганом Дмитрием Пестриковым, к которому ушла жить дочь Алексея Дутова, и Пестриков пообещал, что прострелит голову Шишову.

В итоге у ворот дома казака собралась толпа из 24 человек, вооруженных пневматическими и травматическими пистолетами, битами и холодным оружием. У обороняющихся были травмат и карабин «Сайга». Погибло двое нападавших.

Вначале уголовное дело было возбуждено в адрес обороняющихся, но вскоре прекращено и возбуждено против другой стороны.

«Агрессия должна исходить не от вас; она должна быть сопряжена с насилием или с угрозой насилия; у вас не должно быть умысла на причинение вреда посягавшему, а только на пресечение посягательства; если вы не могли до конца оценить характер нападения и степень опасности, то вы не превысили пределов необходимой обороны», — резюмирует адвокат, заведующая филиалом № 36 Московской областной коллегии адвокатов Ксения Степанищева.

Дело «миасского стрелка»

Известна история «миасского стрелка» Александра Григорьева.

В его дом в ночь с 1 на 2 января 2016 года вломились пятеро человек — четверо мужчин и одна женщина, известная компания пьяных дебоширов из соседнего села. Они сразу ударили Александра так, что тот отключился.

Незваные гости угрожали убить всю семью. Очнувшись, Александр первым делом добрался до сейфа, где лежало ружье. Четверых нападавших он убил, пятого ранил.

Его арестовали, но почти сразу отпустили под подписку о невыезде — вступился глава Следственного комитета Александр Бастрыкин. Дело не дошло даже до суда.

Матвей Цзен поясняет: на Григорьева напали в его собственном доме и он не имел возможности убежать. Фактически самооборона — единственное, что ему оставалось. Кроме того, сыграло роль то, что Григорьев защищал своих близких.

«Очень многое зависит от того, насколько быстро человек сориентировался, когда дело дошло до дачи показаний. Ты не обязан разбираться, воровать они пришли или убивать, ты можешь не успеть разобраться.

Защищать можно и себя, и близких, и общественный интерес, если он значим. То есть, если некто начал при тебе стрелять по людям, а ты можешь его пристрелить, — стреляй.

Желательно громкое предупреждение и первый выстрел вверх», — говорит Ксения Степанищева.

«Уголовный кодекс (ст. 37 УК РФ) говорит: „при защите личности и прав обороняющегося или других лиц“, т. о. в этот круг включены не только родные и близкие, но и вообще посторонние люди.

Григорьев терял сознание, у нападавших был нож, и избиение сопровождалось угрозой убийством (принимая во внимание алкогольное опьянение и агрессивность нападавших, данная угроза могла быть приведена в исполнение, а лежащий в крови брат и был принят Григорьевым за убитого).

Таким образом, он поступил в рамках закона», — говорит наш источник в силовых структурах.

При этом он уточняет, что защита имущества (а не жизни близких) не может являться оправдывающим фактором.

«Формулировка „общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица“ однозначно трактует угрозу жизни, а не имуществу. Охрана имущества подпадает под „охраняемые законом интересы общества или государства“, однако здесь уже все крайне расплывчато.

Момент „если при этом не было допущено умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства“ можно трактовать в довольно широких рамках.

Таким образом, прикладом дать по голове и связать до приезда полиции можно, но если проломишь череп, то разбираться будут долго и не факт, что окажешься правым», — поясняет он.

Дело Александра Соколова

А вот в сходном случае с Александром Соколовым оправдания удалось добиться только в Верховном суде РФ. На мужчину с товарищем напали трое грабителей, начали избивать их рейками, сорванными со скамеек.

Соколов пытался убежать, но его догоняли и продолжали бить. Ему удалось схватить одну из реек и ударить нападавшего по голове. Тот скончался.

Соколову присудили шесть лет лишения свободы, и только вмешательство Верховного суда оправдало его.

«Никто не скажет вам, какие факторы сработали на оправдательный приговор в том или ином случае, не видя всех материалов дела, потому что внутреннее убеждение суда складывается в ходе разбирательства под влиянием многих факторов», — говорит Ксения Степанищева.

Есть общие рекомендации Верховного суда, которые он дал в 2012 году в Постановлении Пленума N 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», там про все это есть — что жертва не обязательно должна спасаться бегством (раньше продолжение обороны при возможности убежать однозначно трактовалась как превышение), что жертва может не суметь в условиях конфликта объективно оценить его опасность и так далее.

Описанные случаи Григорьева и Соколова похожи: несколько нападавших — высокая опасность, использование палок или оружия для нанесения телесных повреждений жертве; жертва оборонялась также с применением оружия.

Но Григорьева оправдали, а Соколова нет. Почему во внешне схожих случаях приговоры отличаются? Потому что в уголовном праве нет идеально схожих ситуаций, следователей и судей.

Никакой методики, формулы, где при подстановке данных возникает ответ, тоже не существует.

По одному из дел в Алтайском крае кассация отменила обвинительный приговор по пьяной драке, когда гражданин отобрал нож у нападавших (часто встречается, но тут парню повезло) и отбивался этим ножом, убив двоих нападавших.

«После того как Ш-ву удалось вырвать нож, он понимал, что потерпевшие продолжают свое нападение, нанося ему удары руками по телу и голове», — указал суд, отменяя приговор.

То есть здесь сыграла роль продолжающаяся угроза, поясняет Ксения Степанищева.

Дело Александры Лотковой

В метро компания подвыпивших молодых людей напала на ее друзей (по версии защиты; по версии пострадавших, напротив, друзья Лотковой начали первыми). Завязалась драка. Лоткова, 21-летняя студентка, вытащила из сумочки травматический пистолет и выстрелила в одного из нападавших. Пуля прошла тому сквозь легкое.

Александру осудили и приговорили к трем годам лишения свободы. Позже она была выпущена досрочно. Всего она провела в заключении более двух лет, считая период домашнего ареста.

Матвей Цзен поясняет: отличие дела Лотковой от дел, по которым были вынесены оправдательные приговоры, в том, что конфликт происходил в метро и компания девушки могла убежать, вместо того чтобы применять силу. Такова российская практика.

Если говорить о том, что в обществе монополия на насилие принадлежит только государству, то в таком вымышленном идеальном государстве граждане не должны сопротивляться преступникам, потому что любое сопротивление — это насилие. Граждане в этом случае должны претерпевать преступление и звать на помощь полицию, то есть государство, которое уже имеет право на применение насилия, — поясняет адвокат Матвей Цзен.

«Понятно, что это абсурд, — продолжает юрист. — Само устройство жизни и инстинкты, в том числе инстинкт самосохранения, который принадлежит человеку, говорят о том, что в случае угрозы жизни нужно сопротивляться всеми способами, включая насилие».

Государство, по словам адвоката, это социальная конструкция, а инстинкты — биологическая, поэтому она однозначно превалирует. «Поэтому всегда существовал такой вот компромисс, — заключил Цзен. — В разных странах он решается по-разному.

В нашей стране он фактически решен в пользу государства. Граждане могут сопротивляться, но их за это наказывают так, словно совершенное ими в результате самообороны насилие было нелегитимным.

Это, в общем, даже не компромисс, а решение вопроса в пользу государства».

Ксения Степанищева при этом поясняет, в чем отличие дела Лотковой от дела «миасского стрелка», также защищавшего близких.

«Каждый случай индивидуален. С Лотковой все неясно, но там, по всей видимости, не было такой угрозы, чтобы стрелять», — говорит она.

Когда еще оправдывают обороняющихся?

В статье 37 УК РФ есть еще два пункта, которые определяют, когда человек не подлежит уголовному преследованию за самооборону.

Часть 2: защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства. «Это значит, что если крупногабаритный мужчина бьет хрупкую девушку, а барышня кухонным ножом расцарапает в это время ему руки (расцарапает, а не отрежет), то это тоже необходимая оборона», — говорит источник «Ридуса» в силовых структурах.

Часть 2.1: не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения.

«Если в темной подворотне на нашу хрупкую девушку выскочит высокий мужчина с криком „Убью, тварь!“, девушка ударит его током из электрошокера, а впоследствии окажется, что паренек гнался за подло сбежавшим из дому котом, то это все еще необходимая оборона», — поясняет наш источник.

Какова тенденция?

Матвей Цзен считает, что реакция гражданского общества, которое активно вовлекается в процесс дел по самообороне, позволяет повысить процент оправдательных приговоров.

Ксения Степанищева придерживается другого мнения.

«Мне кажется, количество оправданий вообще уменьшается. Тут могут разные факторы работать — может, суды стали жестче, а может, наоборот, следствие прекращает дела по этому основанию… Надежда умирает последней, но прогресс есть в любом случае: гуманизация общества, широкая общественная огласка, внимание СМИ играют большую роль.

Недавно принят закон о трансляции судебных заседаний. Когда это заработает, процесс станет не просто открытым — он станет открытым для всего общества. По ряду уголовных дел было огромное общественное давление и человека удалось спасти.

Каждый имеет право на защиту себя, своих близких, имущества, да и вступиться за постороннего человека тоже не должен бояться», — говорит она.

Еще один фактор, который может повлиять на увеличение оправдательных приговоров по делам самообороны, — это практика суда присяжных, заработавшая недавно в России. В любом случае гражданское общество пока, хоть и медленно, справляется с задачей менять систему к лучшему.

Источник: https://www.ridus.ru/news/283827

Уголовную ответственность за самооборону могут отменить

Щитаеться ли самообороной

Уголовным кодексом РФ предусмотрено наказание за превышение пределов необходимой самообороны. Зачастую это приводит к тому, что в тюрьму попадают невиновные люди. Депутат от ЛДПР Иван Сухарев предложил отменить соответствующую норму УК.

В тюрьму могут попасть невиновные люди

В соответствии со статьёй 114 Уголовного кодекса, если человек, пытаясь защититься от нападения, превысил пределы допустимой обороны и причинил нападавшему увечья, то оборонявшемуся могут назначить наказание в виде принудительных работ или посадить в тюрьму на несколько лет.

Эта статья УК уже много лет вызывает споры среди законодателей и правозащитников. Когда на вас нападают или в дом врываются грабители, вряд ли вы будете думать о том, как бы случайно не ранить преступников. И на практике получается так, что уголовный срок получают невиновные люди.

Сейчас, например, под следствием находится 18-летняя художница Дарья Агений из Москвы. Её обвиняют в причинении тяжких телесных повреждений, которые она нанесла пытавшемуся её изнасиловать мужчине. Инцидент произошёл летом в Туапсе.

На девушку напал пьяный молодой человек, на её крики о помощи никто не отреагировал, тогда она достала из сумочки складной нож для заточки карандашей и нанесла обидчику два удара.

Нападавший скрылся и обратился за медицинской помощью, а девушка на следующий день вернулась в Москву. Читайте по теме

Она не пошла в полицию, и не догадывалась, что ранила мужчину. В правоохранительные органы заявили врачи, которые его оперировали.

Девушку обвинили в причинении тяжкого вреда, и теперь ей грозит 10 лет тюремного заключения, если прокуратура докажет умышленность её действий.

Нападавший, 38-летний сотрудник IT-компании Игорь Сторожев настаивает на уголовной ответственности для Дарьи и требует от неё компенсацию в 300 тысяч рублей. Но адвокат художницы утверждает, что она не превысила пределы допустимой самообороны.

В 2013 году к трём годам колонии общего режима приговорили студентку Александру Лоткову, которая стреляла в московском метро из травматического оружия в людей, в драке ранивших ножом одного из её друзей и собиравшихся напасть на неё.

Лоткова начала стрельбу и ранила двух нападавших, нанеся одному из них тяжкое повреждение. Суд встал на их сторону, несмотря на то, что именно они спровоцировали драку.

В 2014 году уполномоченный по правам человека Владимир Лукин направлял в Верховный суд жалобу на приговор для Александры, но в рассмотрении жалобы было отказано. В декабре 2014 года она покинула колонию по условно-досрочному освобождению.

«Самооборона в России — явление довольно сложное, скорее относящееся к разряду мифологии, — сказала девушка после освобождения. — Могу сказать с позиции человека, прошедшего российскую тюрьму, что повсеместно в наших колониях отбывают наказание женщины, которые по той или иной причине ранили человека».

Нельзя решать проблему кардинально

Первый зампред Комитета Госдумы по развитию гражданского общества Иван Сухарев (ЛДПР) разработал законопроект об исключении нормы об ответственности за превышение пределов необходимой обороны. По его словам, принятие документа будет способствовать большей защищённости граждан и их уверенности в том, что любые действия, направленные на защиту себя и своей семьи, будут законными.

« цель «необходимой самообороны» – это предупреждение общественно опасного деяния и защита интересов обороняющегося лица, а причинение посягающему на жизнь и здоровье вреда в процессе осуществления самообороны носит вынужденный характер», – уверен Сухарев. По его словам, право на оборону исходит из присущего человеку от рождения права на жизнь и личную неприкосновенность своего имущества.

Депутат сообщил «Парламентской газете», что внесёт законопроект на рассмотрение Госдумы после Нового года, в начале весенней сессии.

Но не все поддерживают такую гуманизацию наказаний. «Устранить ответственность за превышение допустимой самообороны — это несколько экзотичное предложение, — сказал «Парламентской газете» первый зампред Комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Эрнест Валеев. — Есть смысл говорить не об изменении УК, а об устранении неопределённости и ошибках в правоприменении».

Он отметил, что дискуссия по этому вопросу идёт уже несколько десятков лет, но если начать решать проблему кардинально, то можно получить отрицательный эффект, когда убийство, особенно совершённое без свидетелей и очевидцев, может быть оправдано необходимостью самообороны.

Источник: https://www.pnp.ru/social/ugolovnuyu-otvetstvennost-za-samooboronu-mogut-otmenit.html

Необходимая самооборона, или Когда преступник и жертва меняются местами

Щитаеться ли самообороной

Комиссаров Андрей

Руководитель коллегии адвокатов
“Комиссаров и партнеры”

специально для ГАРАНТ.РУ

В жизни любого человека нельзя исключать возникновения ситуации, когда он окажется перед необходимостью защищать жизнь, свое здоровье или здоровье близких ему людей, а также имущество от посягательства злоумышленника.

При обороне гражданин вправе защищать свои права всеми способами. Единственное условие – эти способы не должны быть запрещены законом.

Посмотрим, как регулируется в нашей стране право на самооборону и при каких обстоятельствах суды признают, что ее пределы превышены.

Правовое регулирование 

Хотя сам термин “самооборона” в рамках законодательства никак не определяется, он встречается в ряде актов. Например, поскольку самооборона и право на оружие – вещи взаимосвязанные, законодательством предусматривается такой вид оружия, как оружие самообороны (абз. 2 ст.

3 Федерального закона от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ “Об оружии”; далее – закон об оружии). Право на подобное оружие имеют обычные граждане, которые не несут военную службу и не являются сотрудниками правоохранительных органов.

К нему, в частности, относятся “травматика”, электрошокеры, аэрозоли – причем для их приобретения никакого разрешения не нужно.

Оружие самообороны включает в себя и некоторое огнестрельное оружие, но в этом случае перед его покупкой нужно озаботиться получением специальной лицензии в полиции (ст. 13 закона об оружии).

Закон об оружии также указывает, какое применение оружия считается правомерным. Во-первых, оружие должно принадлежать гражданину на легальной основе.

Во-вторых, его нельзя использовать, если нет необходимости в защите жизни, здоровья и имущества в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости.

В-третьих, прежде чем воспользоваться оружием, нужно ясно предупредить об этом другую сторону (не считая случая, когда возникает ситуация, опасная для жизни). Наконец, в-четвертых, не должен пострадать кто-либо еще, кроме стороны нападения.

Это основные правила, но нужно знать и некоторые частные нюансы – например, недопустимо применять оружие в отношении женщин, инвалидов и явно несовершеннолетних (если только они не нападают группой), нельзя пользоваться оружием в состоянии опьянения, на массовых мероприятиях и т. д. (ст. 24 закона об оружии).

Несложно заметить, что в этих правилах, касающихся применения оружия при самообороне, отсутствует какая-либо конкретика – закон отсылает, в частности, к понятию “необходимая оборона”.

Уголовное законодательство предусматривает два режима необходимой обороны (ст. 37 УПК РФ):

1

Нанесение любого вреда атакующей стороне без угрозы привлечения к наказанию (так называемая беспредельная оборона). Такая самооборона возможна по двум основаниям. Первое – насилие (или его угроза) должно быть опасным для жизни.

Примеры такого насилия, признаваемые судебной практикой, – ранения имеющих значение для жизни человека органов, применение оружия, удушение, поджог.

Однако очевидно, что не всегда человек будет дожидаться, когда в отношении него начнут совершаться данные действия, чтобы начать обороняться.

Второе основание для беспредельной обороны, – неожиданность атаки, в результате чего человек не может оценить характер опасности нападения и понять, насколько оно серьезно.

В таком случае защищающийся также с большой долей вероятности не будет привлечен к уголовной ответственности.

В качестве классического примера последней ситуации можно привести случаи проникновения нападавшего лица ночью в жилище.

2

Самооборона с ограничениями. Закон исходит из того, что если насилия, опасного для жизни, либо угрозы такого насилия при нападении не имеется, то защищаясь, важно не переусердствовать. Например, нет необходимости в ответ на пощечину наносить тяжкий вред здоровью или совершать убийство. Иначе в отношении оборонявшегося будут применяться уголовно-правовые санкции.

Добавлю, что три года назад ВС РФ разъяснил некоторые вопросы законности самообороны (Постановление Пленума ВС РФ от 27 сентября 2012 г.

 № 19 “О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление”).

В частности, он рассказал, каковы признаки реальной опасности жизни при нападении (например, ранения жизненно важных органов), как определить непосредственную угрозу жизни и здоровью (к примеру, такая угроза может выражаться в демонстрации оружия) и т. д.

Конечно, обычный человек, защищаясь от злоумышленника, не будет вдаваться в тонкости правовых конструкций.

Но в условиях действующего законодательства и правоприменительной практики риск того, что вслед за отражением атаки от частного лица, придется защищаться от государства в лице его органов, достаточно велик.

Ситуации из судебной практики 

Суды с завидной регулярностью признают пределы самообороны превышенными. В некоторых делах только ВС РФ вставал на сторону защищавшегося.

ПРИМЕРЫ

Пример 1:

На двух безоружных людей напали трое, имевшие при себе большие деревянные палки. В ходе драки одному из защищающихся удалось перехватить палку, которой он нанес повреждения нападавшему, несовместимые с жизнью.

Сначала суды двух инстанций и вовсе не нашли признаков обороны и даже превышения ее пределов в таких действиях, осудив человека по серьезной статье (ч. 4 ст.111 УК РФ) на шесть лет лишения свободы.

Потом Президиум областного суда все-таки внес изменения в судебные акты и осудил защищавшегося уже за то, что тот в ходе конфликта умышленно причинил тяжкий вред здоровью нападавшему, превысив пределы необходимой обороны. Однако на этом история не закончилась.

Дело попало в Судебную коллегию по уголовным делам ВС РФ, который установил, что по материалам дела имеются все признаки беспредельной обороны, поскольку было насилие, опасное для жизни, – нападавшие были вооружены, их было больше, между обороной и атакой не было разрыва во времени, на теле защищающегося есть раны от нападения.

ВС РФ отменил все судебные акты и прекратил уголовное дело в связи с отсутствием состава преступления. Высший суд указал, что в таком случае можно было защищаться всеми доступными средствами (например, палкой) и причинять любой вред, вплоть до смерти нападавшего (Определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 25 ноября 2013 г. № 33-Д13-6). 

Пример 2:

В ходе застолья двое знакомых напали на третьего, нанеся ему многочисленные удары, в том числе ножом. Жертве атаки каким-то образом удалось перехватить нож. После этого он нанес нападавшим в общей сложности 52 удара этим ножом, в результате чего оба агрессора скончались. Оборонявшегося осудили за превышение пределов самообороны.

Как указал высший суд, налицо было нападение, опасное для жизни. Об этом свидетельствует, в частности, то, что удары наносились в область лица и головы, в том числе с использованием ножа. Таким образом, оборонявшийся мог нанести любой вред атаковавшим его лицам для спасения своей жизни.

То, что нож переходил из рук в руки, в таком случае не имеет значения, подчеркнул Суд. Кроме того, и после перехода ножа в руки защищавшегося нападавшие не перестали представлять угрозу его жизни, поскольку атаковали совместно, нанося удары в важные органы человека, атака происходила ночью и была инициирована нападавшими.

ВС РФ оправдал осужденного, не посчитав совершенные действия преступлением (Определение СК по уголовным делам ВС РФ от 5 августа 2015 г. № 51-УД15-4). 

Видно, что осужденным по подобным делам приходилось долго доказывать, что они правомерно защищались. В конечном счете, справедливость восторжествовала. Однако общий обвинительный уклон правоохранительных органов и судов, которые видят во многих случаях разумной самообороны преступление, не внушает оптимизма.

Нужны ли изменения в законодательство? 

Согласно позиции ВС РФ, которая прослеживается время от времени в отзывах на законопроекты по вопросам самообороны, действующего правового регулирования вполне достаточно. Проблема в том, что это законодательство и разъяснения самого ВС РФ не всегда корректно применяются судами.

Да, высший суд периодически восстанавливает справедливость, регулируя сбой других элементов системы. Но суды продолжают ошибаться. Почему? Возможно, дело в том, что любое действие в рамках обороны можно рассматривать как преступление, закрепленное УК РФ.

И суды, исходя из сформировавшейся в советское время обвинительной позиции следствия и прокуратуры, изначально занимают жесткую позицию по отношению к фактически защищающемуся, не признавая его действия самообороной.

Как в первом примере судебного дела, где лицо осудили сначала по одной статье УК РФ, потом по другой, и только ВС РФ указал, что преступления вообще нет. И лицо каждый раз должно доказывать, что оно оборонялось.

Неудивительно, что систематически появляются законодательные инициативы по вопросам самообороны, в рамках которых с завидной регулярностью предлагается предусмотреть возможность признавать при тех или иных обстоятельствах защиту жизни, здоровья и имуществ априори законной, без применения ограничений по самообороне.

Так, планируется указать в законе конкретные примеры нападения, опасного для жизни либо с угрозой применения такого насилия и закрепить принцип “мой дом – моя крепость”: если лицо проникает в жилище без законных на то оснований, нанесение ему вреда не будет наказываться в любом случае1. Суть этой концепции заключается в том, чтобы предоставить гражданам право любыми способами обороняться от злоумышленников, проникших в жилище, не боясь за последствия.

Как отмечают разработчики этой инициативы, при совершении преступлений, связанных с проникновением в жилище, гражданин не имеет возможности объективно оценить степень опасности посягательства.

Такая оценка требует времени.

А промедление существенно увеличивает риск, которому подвергается обороняющийся, – посягающий получает возможность понять, кто находится в помещении и где именно, подготовить оружие и т. п.

Авторы идеи указывают, что подобная практика имеет место в США, Великобритании и ряде других стран.

При этом человеку, обороняющему свое жилище, предоставляется не только право применить просто насилие в отношении проникшего в его жилище, но и право применить так называемое “смертельное насилие”, то есть использовать оружие вплоть до летального исхода.

Полагаю, данную практику нужно распространить и в нашей стране.

Конечно, есть опасения, что это может стать причиной злоупотребления правом на самооборону в жилище и способом скрыть умышленное преступление (например, преступник может пригласить знакомого к себе домой и затем убить его, сославшись на незаконное проникновение жертвы в жилище). Да, риски есть. Но такие случаи не столь часто происходят, чтобы из-за возможных злоупотреблений препятствовать реализации абсолютного права на самооборону.

Также отмечается, что отсутствует легальная возможность защиты собственности граждан путем установки специальных устройств, способных причинить вред посягающему (капканы, ловушки и т. п.).

Действительно, есть логика в том, что привлечение к уголовной ответственности за причинение вреда такими устройствами представляется необоснованным, поскольку само причинение вреда является следствием нарушения неприкосновенности частной собственности, и отсутствие такого нарушения не может повлечь причинение вреда посягающему.

Например, лицо не попало бы в капкан, не совершив проникновение в жилище с целью кражи. Должен действовать принцип: сам виноват, сам и отвечай.

Между тем согласно сегодняшней позиции ВС РФ правила о необходимой обороне распространяются на случаи применения не запрещенных законом автоматически срабатывающих или автономно действующих средств или приспособлений для защиты охраняемых уголовным законом интересов от общественно опасных посягательств. Если в указанных случаях причиненный посягавшему лицу вред явно не соответствовал характеру и опасности посягательства – например, злоумышленник пробрался в дом с целью украсть еду, но попал в медвежий капкан и скончался от кровопотери, – содеянное следует оценивать как превышение пределов необходимой обороны. При срабатывании или приведении в действие таких средств или приспособлений в условиях отсутствия общественно опасного посягательства содеянное подлежит квалификации на общих основаниях (п.17 Постановления Пленума ВС РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).

Таким образом, у защищающегося лица сегодня есть все основания опасаться привлечения к уголовной ответственности наряду с нападавшим. Оценка ситуации остается на усмотрение суда.

Неоднократно отмечалось, что нет никаких оснований ограничивать необходимую оборону применением только не запрещенных законом средств.

В стороне разъяснений Пленума ВС РФ остаются яды, боевые самострелы и другие предметы и вещества.

В случае применения таких предметов лицо рискует быть привлеченным к уголовной ответственности на общих основаниях, даже без оценки его действий на предмет превышения пределов самообороны.

Случаи самообороны и их оценки правоохранительными органами, которые время от времени становятся объектом пристального внимания СМИ, свидетельствуют о том, что гражданам нужны более четкие правила в этом вопросе.

Пока же, обороняясь, нельзя быть уверенным, что окажешься прав – любой случай защиты может оказаться под угрозой переоценки.

Доказывание своей правоты занимает очень долгое время, а это может привести к ухудшению здоровья, душевного состояния, серьезным материальным расходам на свою защиту.

Представляется, что в настоящий момент есть нарушение баланса в законодательстве и правоприменительной практике, когда часто обороняющийся, то есть настоящий потерпевший, находится в худшем состоянии, чем лицо, которое нападает. Уверен, что необходимость изменения регулирования в этой сфере назрела.

Для начала хотелось бы, чтобы в законе – а не в постановлении Пленума ВС РФ – были более детально прописаны конкретные примеры нападения, опасного для жизни либо с угрозой применения такого насилия. 

Источник: http://www.garant.ru/ia/opinion/author/komissarov/655817/

Абсолютное право
Добавить комментарий